URBAN FAUNA LABORATORY

....

URBAN FAUNA ZOO

Temporary zoo in unconstructed building occupied by artists. It was inhabited with the most common animals of Moscow city. Pigeons, sparrows, crows and rats were presented on 500 sq meters. They were based in large aviaries, which didn’t restrain them from getting out. Installation included text and photo materials considering each of the species. Michel Serres La Parasite, The Great Cat Massacre by Nicolas Conta, materials from web forum of crow hunters.

Crows, sparrows, pigeons, rats, stray cats: all these animals lead a parasitic way of life and are in fact part of the urban machine. They have no home, just a territory.

..

ЗООПАРК ГОРОДСКОЙ ФАУНЫ

Временный зоопарк в пентхаусе недостроенного жилогоздания, захваченного художниками. Зоопарк населяли самые распространенные виды городских животных. Голуби, воробьи, вороны и крысы были помещены в большие вольеры, которые несли декоративную функцию и не удерживали животных внутри. Площадь зоопарка составляла 500 кв. метров. Сопроводительные текстовые и фотоматериалы включали отрывки из таких книг как «Паразит» Мишеля Серра, «Великое кошачье побоище» Николя Конта, а также тексты о китайской кампании по уничтожению вредителей, треды форума охотников на ворон, и множество фотографий из интернета.

Вороны, воробьи, голуби, крысы, кошки — все эти животные ведут паразитический образ жизни и фактически являются частью урбанистической машины. У них нет дома, а есть лишь территория.

....

....

Urban fauna is a phenomenon that constantly eludes apprehension. These species, the closest but also the most distant, fall out of the dominant perceptive models of the animal world, trapped halfway between ‘nature’ and ‘culture’. Their position is undefined and unstable. In fact, the parasitic urban fauna creates, by its existence itself, interference with the long-established hierarchy of live beings. It shifts the boundaries of animal and human, challenging the integrity of our world. The aim of the Urban Fauna Zoo show is to explore and problematize the social, cultural and ontological status of these animals and of their role in human history. It is an attempt to hear the noise of parasitic existence which produces a new order of the organic.
Dmitriy Potemkin

..

Городская фауна — явление, постоянно ускользающее от осмысления. Одновременно самые близкие и самые далекие, эти виды выпадают из господствующих схем восприятия животного мира, застряв где-то между «природой» и «культурой». Их положение неопределенно и неустойчиво. И действительно, своим существованием паразитическая городская фауна создает помехи в устоявшейся иерархии живых существ. Она смещает границы животного и человеческого, посягая на целостность нашего мира. Задача выставки «Зоопарк городской фауны» — исследование и проблематизация социального, культурного и онтологического статуса этих животных и их роли в человеческой истории. Это попытка прислушаться к шуму паразитического существования, рождающего новый порядок органического.
Дмитрий Потемкин

 

....

....

±∞

We’re all familiar from childhood with the alternate images of a single bird. The first is an image we’re used to encountering, culturally and symbolically, in art, mythology and world literature: the dove that brought Noah an olive branch, signaling the end of the Flood; the dove of the Gospels; the slender contours of Picasso’s Dove of Peace; the dove as a symbol of love; and so on ... But is there a city dweller anywhere who hasn’t given thanks that cows don’t fly? The second image is the pigeon — the profane bird that shits on our cultural and symbolic shrines, our war memorials and monuments to peace, on our heads and our coats, on pairs of lovers kissing in the shade of infrequent city trees — the freeloader that grows fat off of urban civilization. These two contradictory images converge in this work by Alex Buldakov, Anastasia Potemkina and Dmitry Potemkin, artists who have made a study of urban fauna and include it in their installations.

..

±∞

Всем нам с детства знакомы две ипостаси голубя. Первую, культурную и символическую, мы привыкли находить в живописи, графике, мифологии, мировой литературе. Голубь, несущий Ною оливковую ветвь, — знак окончания Всемирного потопа; голубь как Благая весть; тоненький контур «голубя мира» Пикассо; голубь как знак любви и так далее. Однако какой городской житель ни разу не порадовался, что коровы не летают? Вторая ипостась — это голубь обыденный, профанный, голубь срущий. Срущий на все наши культурно-символические памятники, монументы мира и мемориалы войны, на наши головы и пальто, на любовные пары, целующиеся под сенью редких городских деревьев, разжиревший нахлебник городской цивилизации. Два этих противоречивых образа сходятся воедино в работе Алексея Булдакова, Анастасии Потемкиной и Дмитрия Потемкина, художников, исследующих проблемы городской фауны и использующих ее представителей в своих инсталляциях.

....

....

All but earthbound from overconsumption, waddling pigeons, like the human residents of a megalopolis, have become indirectly involved in a complex system of socioeconomic relations. They are simultaneously a curiosity and a menace. Nonchalantly shifting their weight from foot to foot at outdoor cafes, claiming their percentage of each dish, pigeons stimulate additional consumption. They additionally consume, then additionally shit, creating additional work for cleaners who stream into large urban centers, stimulating additional consumption, and so on ad in nitum...

In the artists’ installation we see how consumer society’s inexhaustible horn of plenty suddenly starts to emit pigeon droppings, tracing out the symbol of infinity. Such are the dove’s tidings in the twenty-first century.
Olga Zhitlina

..

Перемещающиеся вперевалку, почти разучившиеся летать от чрезмерного потребления, городские голуби, подобно человеческим жителям мегаполиса, оказались косвенным образом вовлечены в сложную систему социоэкономических отношений. Они одновременно и городская достопримечательность, и опасность. Как бы невзначай переминаясь с ноги на ногу возле открытых кафе, выпрашивая свой процент с каждого блюда, голуби стимулируют дополнительное потребление, а дополнительно потребляя, они начинают дополнительно гадить, создавая дополнительную работу для дворников и уборщиц, стимулируя приток людей в крупные городские центры, тем самым создавая дополнительное потребление и так далее до бесконечности.

В инсталляции художников мы видим, как из неиссякаемого рога изобилия общества потребления вдруг начинает течь голубиное дерьмо, вырисовывая знак бесконечности. Такую весть принес нам голубь в начале XXI века.
Ольга Житлина

 

....

....

THE NEW LEADERS OF REGIONAL DEVELOPMENT

The artists present a new project for the opening up of Russia’s northern territories and reclamation of the sites of former GULAG prison camps. This is a presentation of a project for an ‘eco-friendly’ data-centre, provoking a spontaneous self-organisation of biological life on an evolutionary scale. The artists propose the erection of a source of heat energy — a data-centre in the tundra, in a virtually lifeless space.

..

НОВЫЕ ЛИДЕРЫ РЕГИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

Художники представляют новый проект разработки сети дата-центров на северных территориях России, в местах бывших лагерей ГУЛАГа. Создание таких дата-центров обеспечит новый источник тепловой энергии и спровоцирует спонтанную самоорганизацию биологической жизни. Тепло модернизирует территорию, климатически и исторически не предназначенную для жизни человека.

....

....

OUTER GREEN

Here are the plants that straggle over torn-down buildings and abandoned construction sites. Everything that grows along hoardings, in dirty and noisy places. As we know, one man’s meat is another man’s poison. Pieces of bricks, sand, construction waste and rust. Thorn apple, henbane, nettles, burdock, cocklebur, bitter winter cress, hemp, thistle, dandelion, colt’s foot, beggar-ticks and wormwood.

The Grain Pavillion mostly houses what we have found in different parts of Moscow along fences and hoardings, on the railway tracks and wastelands. A grain is a potential plant. You can also plant a grain intending to eat the harvest. Ours is not an edible harvest. It is to celebrate the city’s indigenous inhabitants of construction pits and wastelands, their peculiarities in different parts of Moscow and their integral role in urban aesthetics of our city.

..

ЗЕЛЕНЬ ВЕШНЯЯ

Здесь растения, которые растут на поврежденной городским строительством земле. Все, что растет вдоль заборов и где шумно. Что для других сулит погибель, для них - шанс охватить большее пространство. Камни, песок, строительный мусор и ржавчина. Дурман, белена, крапива, лопух, чертополох, одуванчик, полынь.

В оранжерее павильона «Зерно», преимущественно, то, что мы нашли в разных районах Москвы под ограждениями, на пустырях и вдоль железной дороги. Зерно - это съедобный потенциал растения. Его также можно посадить в землю, чтобы потом съесть урожай. Потенциал избыточной зелени внешней, разнообразие ее видов и их особенности имеют отношение к эстетике районов Москвы. Их мы наблюдаем и описываем на этой выставке.

....

....

BRUISES / ANASTASIA POTEMKINA

..

СИНЯКИ / АНАСТАСИЯ ПОТЕМКИНА

....

....

PIGEONS AND CATS / ALEXEY BULDAKOV

..
ГОЛУБИ И КОТЫ / АЛЕКСЕЙ БУЛДАКОВ

....

....

BINDERS / ALEXEY BULDAKOV

..
ПАПКИ / АЛЕКСЕЙ БУЛДАКОВ

 

....